НОВОЕ НА САЙТЕ за последние 6 месяцев ТЕКСТЫ И ВИДЕО (в обратной хронологической последовательности)

___ 2 ж КАК ТОСЯ СТАЛ УЧИТЕЛЕМ АНТОНОМ СЕМЁНОВИЧЕМ (продолжение). Просмотров 186.

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail

КАК ТОСЯ СТАЛ УЧИТЕЛЕМ АНТОНОМ СЕМЁНОВИЧЕМ

 

 

По здоровью он не мог заниматься физическим трудом.

Но, к счастью, открылись одногодичные педагогические курсы. Проучившись ещё год, Макаренко получил
свидетельство от 11 августа 1905 г.: «…удостоен звания учителя начальных училищ, с правом преподавания
в сельских двухклассных училищах Министерства народного просвещения и обучения церковному пению» [6; Т. 8, 117].

Новый учитель — Антон Семёнович Макаренко стал работать «в сентябре 1905 года в двухклассном железнодорожном
училище… посада Крюков, что расположен на правом берегу Днепра» [7; 7].

«Ученики Макаренко — дети железнодорожников, мастеровых сначала немного дичились своего нового наставника.

Но как-то незаметно для них самих вышло так, что всё чаще и чаще им хотелось задержаться около молодого учителя,

послушать, о чём рассказывает Антон Семёнович, какую книжку советует почитать, а то и поиграть с ним в снежки,

городки и другие весёлые игры, до которых учитель оказался большим охотником» [7; 9].

Кто-то скажет: «Видно, в детстве не доиграл». И, наверное, был бы прав.

«И уроки у него были не такие, как у других учителей (преподавал Антон Семёнович русский язык,

черчение и рисование)» [7; 10]. «Антон Семёнович в классе был всегда весел, бодр.

Сразу умел он увлечь учеников рассказом, а рассказывать он был большой мастер.

И при этом каждому, сидящему в классе, казалось, что именно с ним ведёт беседу учитель, к нему обращается,

от него ждёт ответа.

Ученики говорили: «Антон Семёнович взял меня к себе».

С этого «взял к себе» начинался каждый урок.

А затем, затаив дыхание, слушали ученики чудесные строки пушкинских стихов, повести Гоголя, Чехова,
Короленко» [7; 10].

«Антон Семёнович искренне, по-настоящему любил детей. Его живо интересовали ребячьи дела и заботы,
он мог помочь в беде, дать совет, развеселить шуткой, он был с ними и в минуту отдыха» [7; 10–11].

«В 1905 году Антон Семёнович Макаренко принимает активное участие в организации съезда учителей
Южных железных дорог. Съезд проходил на станции Люботин. И в речи, с которой выступает он на съезде
и в резолюции, которую составили делегаты при непосредственном его участии, чувствуется твёрдость убеждений,
определённость требований, живая заинтересованность в том деле, которому взялся служить А.С. Макаренко» [7; 8].

Прекрасные портреты, выполненные рукой Антона, представлены в музее А.С. Макаренко в Крюкове (в доме его отца).

«А сколько весёлых, смешных карикатур рисовал Антон Семёнович!» [7; 11].

Брат считал, что «в то время он, конечно, в Крюкове был самым образованным человеком на все 10000 населения».

«Макаренко был набожным, по воскресеньям аккуратно ходил в церковь».

Такое свидетельство о Макаренко появилось ещё в советские годы в журнале «Народное образование» [18].

И, наверное, многих советских педагогов тогда весьма удивило.

Это директор 79‑й московской школы С. Богуславский в своей статье привёл интересные свидетельства своего деда
Соломона Богуславского. Тот был известным в Крюкове портным и у него Антон Макаренко заказывал себе костюмы.
Привёл он и воспоминания своей тетки Анны Еремеевны Тамариной, которая была ученицей Макаренко
в крюковской школе [18].

Родственники Богуславского свидетельствовали, что об Антоне Семёновиче было впечатление как о человеке
авторитетном, всеми уважаемом.

Здесь же имеет смысл сообщить, что Виталий Семёнович на коллоквиуме в Марбурге 4 июля 1971 года заявил:
«Между прочим, это для Вас будет неожиданностью, я видел у Антона Библию…

Несколько раз мне приходилось присутствовать при спорах, которые он вёл с попами.

И всегда он выходил победителем. Антон знал Библию лучше всех попов в Крюкове» [12, с. 363].

Атеисты, не желающие «отдавать церковникам своего Макаренко»  радостно воскликнут: «Но ведь спорил же!».

Но радость, по меньшей мере, преждевременная.

Искушение любовью к церковному пению

Во-первых, споры начались лишь через несколько лет, а во-вторых, споры бывают разные…

Интереснее другое. Виталий поведал в своих воспоминаниях о ещё более удивительном факте из биографии
начинающего учителя Антония Макаренко.

Антон «хотел нарушить рутину и создать нечто необыкновенное, а именно: он решил из наших учеников создать
церковный хор под его руководством» [12, с. 41].

Православным людям не надо напоминать, что церковное пение — это не просто хоровое пение.

Это соборная молитва.

Читаем дальше: «Сказано – сделано. Он принёс в училище скрипку,  и мы начали устраивать спевки.

Нас было человек 30» (Там же).

Заметим, что для церковного хора 30 певчих это весьма не мало.

«Где-то он достал нужные ноты, и мы собирались часам к 4-м…

Репетировали мы около месяца и, наконец, наступил день, когда мы должны были выступить
в кладбищенской церкви, которая находилась недалеко от нашего дома.

Мы устроились на левом клиросе – в правом…находился постоянный церковный хор…

Без скрипки, только по камертону А. просто был не в состоянии дать верный тон…

Верующие в недоумении раскрывали глаза, оглядываясь на наш хор, а поп из алтаря смотрел
на наш хор настоящим чёртом.
Наконец, он прислал церковного сторожа с просьбой прекратить наше выступление.

Служба продолжалась с постоянным церковным хором.

Так печально закончилась наша попытка» [12, с. 41]. 

Трудно сказать, что в этом эпизоде больше вины Антона или его беды.

Соревноваться детям в пении с постоянным церковным хором, конечно, не по силам.

Это надо было предусмотреть и Антону, и батюшке.

Последнему, видимо, затея Антона была совершенно излишней.

Ожидать от него педагогического интереса Антону, вероятно, не следовало.

Урок оказался явно неудачным.

Но для нас важно другое. Антон сам, по своему произволению, решил создать из детей церковный хор!

И не просто самодеятельный кружок, а  чтоьбы дети пели в настоящем храме!

Дерзкое желание, но разве оно чем-то порочит намерения молодого учителя? 

Говорил Иоанн Златоуст: «Бог целует намерения».
А намерения были благодатные. 

Многие ли учителя светских школ в его время проявляли инициативу в организации детских церковных хоров? 

Мы знаем, что дети не сумели соблюсти нужную тональность пения, а кто оценил то, что в это время было в их душах?

Кто оценил искренность их соборной молитвы и молитвы их юного регента?

Стремление к внешнему благочестию, увы! возобладали…

Искушение педагогическим экспериментом

Были у Антона в его учительском деле и более серьёзные неудачи.

Читаем у Виталия: «В 1907 г. А. в нашем классе (в это время Виталий учился в классе старшего брата)
применил плохой педагогический эксперимент.

Как во всех школах, каждую четверть учебного года мы получали результаты наших успехов,
то есть карточку, на которой были проставлены наши отметки по различным предметам.

Их надо было возвратить с подписью отца.

А. придумал классифицировать нас по степени успеваемости, то есть он выводил среднее арифметическое
для каждого ученика, и затем распределял эти данные по порядку – 1-й ученик, 2-й, з-й… и так далее до 37-го,
где писал: 37-й и последний».

В 1907 г. этим «последним» оказался Дмитрий Примак, мальчик не столь мало способный, сколько болезненный
(как потом оказалось, у него был туберкулёз).

Когда он получил свою четверть, где было проставлено, что он 37-й и последний, он долго плакал и,
несмотря на наши утешения, ушёл домой до конца уроков. Не пришёл он на второй день, не пришёл и на третий,
а дней через 10 пришёл его отец весь в слезах.

Он пришёл прямо прямо к нам в класс во время урока; едва сдерживая рыдания он сказал А.:

- Сегодня ночью мой мальчик умер. Я пришёл вам сказать об этом и ещё спросить вас: для какой цели вы проставили
в его четверти, что он 37-й и последний? 

Зачем вы обидели мальчика, которому осталось 10 дней жизни? Он так горевал, бедный, что он «последний».

Это вы, Антон Семёнович не хорошо поступили, очень нехорошо... Я знаю, он бы всё равно умер,
но зачем причинять мальчику ненужные страдания? Антон был бледен, как полотно, не помню уже, что он ответил несчастному отцу.

Что он мог ответить, кроме извинения, - но только с этого дня классификация больше не фигурировала в наших четвертях [12, с. 40-41].

Был у Антона и другой трудный случай, когда в 4-м классе у него появился ученик Лобов Тимофей. «Это был совершенно испорченный мальчик.

Он уже курил и старался научить курить других мальчиков, приносил в класс порнографические карты и показывал их мальчикам и девочкам, на каждой перемене затевал драку с первым попавшимся, причём выбирал всегда более слабого и избивал его.

Но это длилось недолго. Однажды, придя в класс и едва поздоровавшись с нами, А. сказал Лобову:

-  Лобов, собирай свои книги и уходи домой – придёшь завтра с отцом.

На другой день мы видели, как Лобов пришёл вместе с отцом.

Их впустили в учительскую.

Какой разговор произошёл там, можно только, представить, но только Лобова мы больше не видели» [12, с. 40].

Заметим, что для Макаренко этот Лобов был не просто «трудным».

Если от него, выходца из рабой семьи, его брат «за всю совместную жизнь…ни разу не услышал неприличного слова» [12, с. 35], то чем для него был этот ученик?

Конечно, можно сказать, что Макаренко не справился с трудным учеником.

А почему мы можем требовать этого от учителя, который обучался своему «ремеслу» лишь один год?

Видимо он и сам понимал, что эта задача ему не по силам.

И в этой ситуации он предпочёл ради остальных детей выдворить злостного хулигана.

Поиск на этот счёт совета у Н.В.Гоголя дал вот что» «Прежде всего надобно держать в вечной памяти , что во всех делах и действиях в жизни большее нужно предпочитать меньшему. Нужно чтобы наши ближние иногда встречали в нас одно решительное слово: нет, вместо всяких объяснений» » [38, с. 363-364].

Искушение первой любовью

В 1905 году став учителем, Антон «заявил отцу, что собирался жениться.

На ком? На Поле Мироновой» » [12, с. 34].

На той самой, которая когда-то защищала его от мальчишек.

Но отец считал, что жениться ему ещё рано. «Да и Миронов совсем не был расположен отдать свою дочь за А.» [12, с. 34].

Антон настаивал:

-  Мы любим друг друга, и я дал ей слово жениться на ней.

Понадобилось несколько месяцев уговоров, в которых кроме отца и Миронова особенно деятельную роль сыграли М.Г.Компанцев и поп Д.И.Григорович, который был законоучителем» » [12, с. 34].

О. Димитрий говорил юному коллеге:

«- Подумайте, Тося, вам только 17 лет, вся жизнь ещё впереди,
куда вам спешить, вы встретите ещё много прекрасных девушек и женщин и всегда успеете сделать свой выбор.

А что касается самоубийства, то это уже совсем глупо.

Я понимаю, что вы переживаете, таккак дали слово, но постепенно всё образуется, перемелется – мука будет…» » [12, с. 36].

Антон очень болезненно переживал трагедию, своей первой любви, продолжал грозиться, что застрелится (отец в комоде хранил револьвер),  но постепенно затих в унынии и, как пишет Виталий, после этого «его мысль эволюционировала в сторону мизантропии.

Его жизнь складывалась так, что трудно было допустить, что она приносит ему «наслаждения».

Впрочем, сколько я его ни помню, он никогда не был тем, кто называется «жизнерадостным» человеком» [12, с. 34].

Его опять пытался вразумлять преподаватель Закона Божия той же школы о. Димитрий: «Вы разочаровались в жизни потому, что утратили веру
в высокое назначение человека на земле стремиться к абсолютному совершенству» [12, с. 35].

Тогда Антон в запальчивости ответил: «Вы повторяете старые, надоевшие «истины», в которые Вы первый же не верите» [12, с. 35].

Но через десять лет судьба всё-таки подвигнет его вспомнить именно эти истины…

А тогда Антон  в той же запальчивости заявил: «клянусь, что никогда не женюсь и никогда не буду иметь детей».

Тогда никто не принял всерьёз этого его обета…

Никто тогда не сказал ему народную поговорку, что Господь наказует строптивых исполнением их желаний…

Но мы-то теперь знаем, что собственных детей у Антона действительно не было. Но был ли он этому рад в конце жизни?

В брак он вступил, но заключил его, когда до ухода из жизни оставалось меньше четырёх лет…

А с другой стороны, что добились ближние?

Антон смог получить существенную прибавку к жалованью лишь после института, т.е. в 1917г. Через 12 лет.

Его несостоявшейся невесте в это время было уже лет 30…

И что, стала бы она его ждать?

Что хорошего стало с Антоном, когда он смирился (внешне, конечно)?

Тогда в 1906 г. он резко стал выступать против семьи вообще, стал вообще отрицать «институт брака»…

Появилось отчуждение в отношениях с отцом, которое (увы!) так никогда полностью и не исправилось…

Это потом, после того, как он к концу жизни всё-таки женится, он признает нужность института семьи и даже напишет «Книгу для родителей»…

Книгу, которую прочтут и оценят многие.

Мог ли он тогда, в годы своей молодости, предвидеть, что ему придётся лет через десять усыновить и воспитать дочь младшего брата Виталия Олимпиаду?

Мог ли он предполагать, что её полюбит сын от первого брака его будущей жены Галины Лёва? Лёва, которого он тоже воспитывал и который, уже, будучи студентом, попросит у него разрешения называть его отцом…

Мог ли он предполагать, что его жена воспрепятствует браку Олимпиады и Льва? И так же жёстко, как воспрепятствовали его браку его отец и отец возлюбленной? Воспрепятствует по той причине, что не захочет, чтобы её сын был мужем дочери деникинского белогвардейца и политического эмигранта…

Нет, конечно, не мог он себе такого представить и в самом кошмарном сне…

И мы не будем предвосхищать события, а вернёмся в его молодые годы.

Искушение театром

Увлечение чтением в уединении начинает дополняться увлечением театром.

В доме преподавателя Закона Божия стала собираться молодёжь для устройства самодеятельных спектаклей. Стал в этом кружке появляться и Антон. Его, несмотря на известную замкнутость, как и многих в его возрасте, всё-таки «потянуло» к общению.

Как-то заметив, что Антон катается на лодке по Днепру с женой священника (организатором театрального кружка) Елизаветой Фёдоровной, кто-то из соседок что-то шепнул матери Антона.

Тот, ревностно относящийся к полученному званию личного почётного гражданина города, тут же призвал сына к ответу.

Сын пытался опровергнуть напраслину. Как-никак попадья была на восемь лет его старше…

Но отец настаивал на прекращении посещений театральных репетиций.

Сын упорствовал. Отец вспылил (что совершенно было для него не характерно).

И Антон, взгромоздив на спину письменный столик – всё движимое имущество, которое успел приобрести на свою учительскую зарплату ушёл в «беспризорники».

Но ушёл жить ни куда-нибудь, а в дом к отцу (и священнику на пенсии) той самой Елизаветы Григорьевны из-за которой и возник весь «сыр-бор». Ни отец Елизаветы, ни Виталий слухи всерьёз не принимали.

Так Антон неожиданно родился в качестве беспризорника…

Конечно, это не та жизнь беспризорных, в какой оказались его будущие питомцы. Над головой есть крыша. Тепло и не капает. Но теперь надо самому себе готовить пищу, мыть посуду, стирать бельё… А, может быть, и дрова колоть, носить воду… Да и денег теперь пришлось тратить на быт не 10 рублей из 47 (его учительской зарплаты), а почти все…

И так почти 100 дней. До Пасхи.

За это время кое-что из «объективных обстоятельств» изменилось в его пользу. Елизавета Григорьевна уехала на два года в Киев учиться на педагогические курсы.

Соседки уже давно перестали «шептаться» по известному нам поводу, а мать Антона всё продолжала оплакивать «блудного сына», скитающегося где-то в соседнем квартале у чужих людей.

А люди теперь уже начинали судить-рядить о родителях, с которыми  почему-то не живёт их родной сын.

Родителям и хотелось бы, чтобы «блудный сын» скорее вернулся и чтобы всё кончилось, как и полагается по евангельской притче о блудном сыне,

Да тот, что-то не торопится возвращаться…

Первым не выдержал отец.

На Пасху, когда мать в очередной раз всплакнула о блудном сыне, отец послал к сыну в качестве посла Виталия.

«Ничего не расспрашивая, после довольно долгого молчания, отец сказал мне: «Витя, пойди, позови Антона, пусть идёт разговляться с нами.

В пустынной и холодной комнате А. я нашёл его спящим.

Я разбудил его, он очень обрадовался, и вскоре мы были дома» [12, с. 37]. 

Урок, необходимый Антону, чтобы потом (через 10 лет) хоть как-то понять удел беспризорников, он получил, можно было возвращаться в родные пенаты.

Приблизительно в 1910 г. в Крюкове, вокруг А. образовался кружок интеллигенции, состоявшей, главным образом, из педагогов различных школ, были два врача…был ветеринарный врач» » [12, с. 43].  и ещё несколько молодых людей.

«Спорили до изнеможения, главным образом о литературе, но здесь А. был непобедим. Иногда пели песни…

На Днепре стояло много лодок, которые сдавались по часам…

Иногда брали 3-4 лодки и отправлялись на один из днепровских островов «варить кашу», где проводили целый день –купались, лежали на песке и снова спорили, спорили без конца…» » [12, с. 41].

Однажды лодка перевернулась, Антон упал в воду и потерял очки.

Его «вели под руки, т.к. без пенсне он почти ничего не видел» » [12, с. 41].

Но долго наслаждаться домашним комфортом и материнской заботой Антону не пришлось.

Добровольная ссылка

После того, как А.С. Макаренко успешно проработал в Крюковском железнодорожном училище 6 лет, и, казалось, ничто не предвещало серьезных перемен в его педагогической биографии, ему пришлось искать другое место работы. И даже опять расстаться с родителями.

Уехать далеко и не на 100 дней, а чуть ли не в десять раз больше – почти на три года.

После ухода из школы директора Компанцева Антон «не ужился с новым заведующим К.Ф.Карбоненко, обвинил его во взяточничестве» » [12, с. 45]. Вспомним: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф. 5; 5). И «дело дошло даже до суда.

Работать в Крюкове стало невозможным и в 1911 г. по собственному прошению А. был переведён в ж.д. училище при станции Долинской, где он мог работать с М.Г.Компанцевым…

Трудно представить себе дыру более глухую, чем Долинская… эта станция находилась среди голой степи, вдали от культурных центров.

Станция была небольшая, при ней оборотное депо, церковь, училище, 3-4 небольшие лавчонки и с сотню небольших домишек» [12, с. 45].

На этот раз наш «беспризорник-педагог» оказался в маленькой степной станице, которую настоящие беспризорники ни до того, ни после в качестве достойного пристанища признавать не хотели даже в летнее время.

«Ни клуба, ни кинематографа, и ни одного книжного магазина» [12; 45].

«Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство небесное» (Мф. 5; 10).

Продолжение ниже

 

Список цитированной и использованной литературы,

 

других источников

 

1. Евангелие от Матфея.

 

2. Св. апостол Павел. 2-е послание к фессалоникийцам, глава 3, 6-12.

 

3. Иеромонах Тихон. «Архиерей». Повесть о подлинном христианском служении. – М.: ОБРАЗ, 2007. – 192 с. (Повесть начала 20-го века переиздана в 2004 г. по благословению и с предисловием архиепископа Сумского и Ахтырского Иова).

 

4. Митрополит Калужский и Боровский Климент. Рождественские чтения.

 

5. Епископ Полоцкий и Глубокский Феодосий. Мы находимся на переломе. Сб. Глинские чтения: Долг служения Отечеству. – М., 2003, с. 52.

 

6. Макаренко А.С. Педагогические сочинения: В 8-ми т. – М.: Педагогика, 1984, т.8.

 

7. Кроль Т.Г. Биография А.С.Макаренко (пособие для учащихся). – М.-Л.: Просвещение, 1964.

 

8. Жизнь и педагогическая деятельность А.С.Макаренко в дореволюционной России. Серия «Неизвестный Макаренко». Вып.7 / составитель и автор вступительной статьи С.С.Невская. - М.: НИИ семьи и воспитания, 1998.

 

9. Фролов А.А. А.С. Макаренко в СССР, России и мире: историография освоения и разработки его наследия (1939-2005 гг., критический анализ) / А.А. Фролов. – Н.Новгород: Изд-во Волго-Вятской академии государственной службы, 2006. – 417 с.

 

10. Остроменцкая Н.Ф. Навстречу жизни // Народный учитель. - 1928. - № 1-2 (январь-февраль).

 

11. Беленчук Л.Н. История отечественной педагогики: учеб. пособие. – М.: Изд. ПСТГУ, 2005.

 

12. На разных берегах… Судьба братьев Макаренко. / Сост. и комментарии Г. Хиллига. – М., 1998. – 384 с.

 

13. Ермаков А. Человек со знаменем: Антон Семёнович Макаренко (1988-1939). // Учительская газета. - 2004. - № 3 (9980) / 27 января.

 

14. Чапала Ю.И. Сочинение на несвободную тему (роман). – Харьков, 2003.

 

15. Васильев-Макаренко А.С. Иисус Христос и братья Макаренко. – // Знак вопроса (подписная научно-популярная серия). - 2005. - № 4.

 

16. Целищева Н. Кто он, Антон Макаренко: автор научной, природосообразной теории воспитания или публицист - газетчик? Диспут в московском Центре внешкольной работы им. А.С.Макаренко // Народное образование. - 2006. - № 6. - с. 147 - 154.

 

17. Чубаров Л. Макаренковцы (Что сталось с теми, кого воспитывал Макаренко). - М, 1994.

 

18. Богуславский С. А ведь это - о моём деде // Народное образование. - 1989. - №12.

 

19. Рубленов Д.Г. Педагогическое творчество А.С. Макаренко в контексте важнейших принципов православной педагогики // Использование психолого-педагогического наследия А.С. Макаренко в работе современного социального педагога. – Екатеринбург, 2004. - с.109-117.

 

20. Глекова А.И. Мотивы социального служения А.С. Макаренко в свете Священного Писания // Использование психолого-педагогического наследия А.С. Макаренко в работе современного социального педагога. – Екатеринбург, 2004. - с.102-105.

 

21. Слободчиков В.И. Выступление на открытии конференции, посвящённой 120-летию А.С.Макаренко 14 февраля 2008 г. в г. Егорьевске. Видеозапись в личном архиве авторов статьи.

 

22. Видеоархив московского музея А.С.Макаренко.

 

23. Ирзабеков В.Д. (директор Православного центра во имя святителя Луки (Войно-Ясенецкого), литературный редактор журнала «Шестое чувство», ведущий Народного радио) Интервью под видеозапись после лекции В.Д.Ирзабекова 27 января 2009г. в Центре славянской письменности и культуры. Видеозапись в личном архиве авторов статьи.

 

24. Пионеры макаренковедения: сб. научно-биографических статей. – М., 1991. – 192с.

 

25. Евсеев И.Л. Удивительный человечище. – М., 2008. – 176 с.

 

26. Лукин Ю.Б. Два портрета. – М. 1975. – 415 с.

 

27. Макаренко А.С. Педагогическая поэма / Сост., вступ. ст., примеч., коммент. С.Невская. – М.: ИТРК, 2003. –736 с.

 

28. Семейная тайна Антона Макаренко. Елена Чавчавадзе. «Фильм о неизвестных фактах писателя Антона Семёновича Макаренко, великого педагога ХХ века». Производство Российского Фонда Культуры. По заказу «Телеканала «Россия».

 

29. Багреева Е.Г., Данилин Е.М. Возвращение к Макаренко. – М., 2006. –
160 с.

 

30. Макаренко А.С. Педагогическая поэма. – М.: ИТРК, 2003. – 736 с.

 

31. Игумен Марк (Лозинский). Духовная жизнь мирянина и монаха. По творениям и письмам святителя Игнатия (Брянчанинова). – Москва, 2003. – 333 с.

 

  1. Флоренский П. Троице-Сергиева Лавра и Россия // Сергий Радонежский: Сб. / Сост. В.А.Десятников., - М.: Патриот, 1991. –539с.
  2. Нефёдова М. Три сестры Анны ДостоевскойНескучный сад. Журнал о православной жизни. 2008, №4.
  3. Соловейчик С.Л. Час ученичества. –М., «Дет. Лит.», 1972. -256 с.
  4. Хилтунен В.Р. Поэзия и проза педагогики. К 100-летию со дня рождения А.С.Макаренко // Сельская жизнь, 1988, 13 марта.
  5. Васильев А.С. Макаренко и Станиславский: две системы – один путь. Машинопись из архива Московского музея А.С.Макаренко.
  6. Половинкин А.И. Необходимые сегодня дела для спасения России. –М.: Институт экономических стратегий, 2004. –64 с.
  7. Гоголь Н.В. Тарас Бульба; Портрет: Повести; статьи; трактаты / Сост., предисловие иеромонахза Симена (Тимачинского). – М.; Изд-во Сретенского монастыря, 2009. –480с.
  8. Калабалин С.А. Бродячее детство. Повесть – М., Молодая гвардия, 1968. – 96с.
  9. Морозов В.В. Воспитательная педагогика Антона Макаренко //Документально-педагогическое исследование. –М., Егорьевск, 2008. – 238с.