НОВОЕ НА САЙТЕ за последние 6 месяцев ТЕКСТЫ И ВИДЕО (в обратной хронологической последовательности)

___ ОТКЛИК через 5 лет (большой и серьёзный) 5 лет на нашу статью о православных корнях А.С.Макаренко уральского педагога Ю.С.БРОДСКОГО. Просмотров 139..

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail

28/05/13/

После того, как в интернете появилась
моя статья о православных корнях А.С.Макаренко мы нашли в интернете
много откликов. А через 5 лет нашли и такой.
Захотелось сразу поместить его на своём сайте.

Антон Семенович Макаренко православный педагог?

Ю.С.Бродский

 

 

«По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы?
Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые»
(Мф. 7,16-17)

Судьба Антона Семеновича при жизни и после смерти поистине парадоксальна:
то его имя и педагогическую систему государство и общество поднимают на высоты гениальности,
то сбрасывают со всех пьедесталов в пропасть небытия.

На рубеже 80-90-х годов XX века устами док­тора педагогических наук Ю.П. Азарова
Макаренко был объявлен тираном, страш­нее Сталина1.

После такого приговора уже несколько поколений выпускников педагогических учебных заведений
России фактически не знают педа­гогической системы, педагогического наследия Антона Семеновича.

Зато в ФРГ и Японии студент педагогиче­ского учебного заведения не сможет успешно завер­шить
обучение, если не усвоит педагогическую систему Макаренко.

В России 13 марта нынешнего года лишь не­большие группы поклонников Макаренко отметили
его 120-летний юбилей. Государственные СМИ этого собы­тия не заметили.

Так нужен ли, полезен ли Макаренко российским педагогам в нынешней действительности?

В сущность этого вопроса я вкладываю степень полезности или вредности педагогической системы
Макаренко как для педагогов-атеистов (их большинство), так и педагогов, интуитивно приходящих
к мысли о бытии Бога и педа­гогов православных, воцерковленных.

Вопрос не кажется праздным, ведь А.С. Макаренко спас в свое время от тюрьмы сотни,
десятки сотен молодых людей уже вставших на путь уголовной преступ­ности.

Его воспитанники прожили затем честную тру­довую жизнь, создали семьи, воспитали своих детей.

Сегодня, согласно даже государственной статистике, безнадзорных и беспризорных детей в России
больше, чем их было после гражданской войны. Преступность, алкоголизм, проституция
опасно «помолодели»; поя­вилась детская наркомания. Казалось бы, педагогиче­ская система
Антона Семеновича сегодня, как никогда, должна быть востребована.

Однако либералы, стоящие у власти, по-прежнему считают Макаренко «тираном, страшнее Сталина».

Его система не вписывается в па­радигму навязываемой федеральным министерством образования
и науки западной модели образования.

К моему сожалению, и от православных педагогов я уже не раз слышал нелестные отзывы
о педагогиче­ской системе Макаренко.

С Антоном Семеновичем я дружу давно, почти полвека. Через его труды Господь мне, атеисту,
помог состояться в каче­стве педагога.

Как блудный сын, я, крещенный в детстве, ушел от Отца, поверив красивым сказ­кам дедушек Лапласа,
Опарина, Дарвина о стихийном и случай­ном возникновении Вселенной и человека.

Я-то покинул Отца, но Он меня не покинул. По Его Промыслу «праздник жизни - молодости годы»
я посвятил пе­ревоспитанию отроков и отро­ковиц трудной судьбы.

После службы в армии с удовольстви­ем учительствовал, вовлекая старшеклассников двадцатой
Каменск-Уральской школы в пре­красный мир русской литерату­ры, но вскоре был переведен
на комсомольскую работу.

Сейчас о комсомоле принято говорить только плохо.

А я думаю, что комсомол спас сотни тысяч молодых людей от алкоголизма и наркомании,
половой распущенности и уголовщины.

Как любая атеистическая организация, комсомол требовал от своих членов не верить «суевериям»,
вклю­чая в это понятие и веру в Бога.

Но все остальные тре­бования Устава к комсомольцам словно списаны были частично с скрижалей Моисея,
частично - с Нагорной проповеди Иисуса Христа.

По крайней мере, в годы моей юности комсомол утверждал, что «человек человеку - друг, брат и това­рищ»
; требовал от своих членов честности, трудолюбия, служения народа и Родине, жестко наказывал за обман,
воровство, блуд.

Дай Бог, чтобы нынешние неправослав­ные молодежные организации ориентировали своих чле­нов
на честность, трудолюбие, благодеяния и патриотизм!

В далеком теперь 1963 году в горячих спорах комсо­мольский актив г. Каменска-Уральского пришел
к выво­ду: на производстве комсомольцы a priori должны быть передовиками труда, рационализаторами
и образцом для остальной молодежи. А вот главная задача комсо­мольских организаций ведущих заводов
города за пре­делами цехов - спасать от криминальных ложных цен­ностей подрастающее поколение.

Летом мы создали первые «лесные республики» - палаточные городки лагерей труда и отдыха2.

Вот тог­да я по-настоящему стал штудировать работы А.С. Макаренко и понял, что чтение работ
мудрого педагога в студенческие годы было поверхностным.

Четыре года спустя мне доверили 400 отроков и от­роковиц, собранных в областной школе-интернате
на южной окраине Свердловска - в Елизавете. По моло­дости я расписался в акте, что принял детей.

На самом деле мой предшественник пе­редал мне чуть более полови­ны - остальные находились
в длительных «путешествиях» по области и за ее пределами. По мере совершения ими правона­рушений
и преступлений, ра­ботники милиции привозили их в школу и передавали мне под расписку.

И снова я взялся за труды Макаренко.

За годы директор­ства я на несколько раз пере­читал все собрание сочинений, а отдельные работы
перечи­тывал ежегодно.

В настоящей статье приведу мои размыш­ления о педагогическом на­следии Антона Семеновича
в новых исторических реалиях.

Это не столько теоретическое исследование, сколько выводы педагога-практика,

апробиро­вавшего воспитательную си­стему Макаренко.

Убедившись на собственном опыте в высо­кой эффективности его воспи­тательной системы,

многие по­следующие годы я по мере сил пропагандировал сущность гениального открытия

на различных курсах повышения квалификации руководителей школ, школ-интернатов

и детских домов нашей области.

Сознаюсь: ранее я ни­когда не задумывался о мировоззрении великого со­отечественника.

И только в феврале-марте нынеш­него года, когда я готовился к выступлению на пятых
Макаренковских педагогических чтениях, организован­ных Социальным институтом Российского государствен­ного профессионального педагогического университе­та, совершенно неожиданно возникло предположение:
А.С. Макаренко по своим воспитательным установкам всю жизнь оставался православным христианином!

Для себя за многие годы я извлек десятки уроков из педагогического наследия Антона Семеновича.
Но, сейчас хочу вычленить наиболее важные из них.

С да­леких 60-х годов лично для меня очевиден первый урок и главное условие успешного воспитания детей
и перевоспитания отроков - искренняя любовь вос­питателя к каждому воспитуемому и вера в него, в его сущностный потенциал и добрую волю.

Лично мне этот урок давался трудно. Любить детей вообще - легко.

И верить в их огромные духовные и душевные силы детства вообще - легко.

Трудно любить Ромку, кото­рого вчера привел мне милиционер, задержав его во время вскрытия тайников с вареньем в коллективном саду.

Голубыми глазами, глядя в мои глаза, Ромка вче­ра клялся, что больше воровать не будет.

А сегодня женщина из соседнего дома задержала его в магази­не, когда он похищал бутылку кефира.

И сегодня при посторонней женщине он, как и вчера, клянется, что больше не будет воровать.

 

Но я знаю, что и завтра он опозорит нашу школу-интернат, что-то у кого-то украв.

Я тогда не владел понятием «страсть», но понимал, что воровство стало привычкой.

Ромка не жадный, не эго­ист. Если бы вчера и сегодня его не поймали, он и ва­реньем и кефиром поделился бы с одноклассниками или малышами.

Я ценил его доброту, но как мне было его любить, если я знаю, что наша школа-интернат из-за Ромки и других таких же отроков стала бельмом в глазу жителей Елизавета?

Любить Ромку и верить ему трудно. Вот детей абстрактных: чистеньких, вежливых любить легко и верить им легко...

А.С. Макаренко помог мне и большинству наших пе­дагогов преодолеть себя, свое себялюбие, вдохновил нас умением полюбить наших конкретных детей и отроков и поверить в их силы и волю.

Но это и есть одна из основных христианских заповедей, без которой никакие педаго­гические и психологические методы не помогли бы пре­вратить
порученную нам бурсу в дружный, сплоченный,
трудолюбивый коллектив, стремящийся к самосовершен­ствованию, к нравственному восхождению.

 

 

Это главный урок для каждого чело­века, взявшегося за сложнейшее
в мире дело - воспитание.

Знаю, что этот вы­вод вызывает протест у многих педаго­гов.

Одни говорят: мы готовим детей к суровой жизни, поэтому воспитание не­возможно без строгости, дисциплины и даже наказаний.

 

Другие соглашаются, что любить воспитуемых нужно, но не у Макаренко
же этому учиться!

Какой люб­ви к отрокам может научить неулыбчи­вый, строгий Макаренко, требовавший от своих воспитанников безоговороч­ного подчинения коллективу
и даже де­журному командиру!

ЮЛ. Азаров во­обще пишет следующее: «Тем и страшен Макаренко..., что стал певцом не внешней диктатуры,
а глубоко внутренней, ког­да насилие с радостью воспринимается теми,
на кого оно направлено»3.

 

Мои оп­поненты вопрошают: «Как же вы пытае­тесь вывести урок о любви
к детям из пе­дагогического наследия этого тирана?»... Даже поклонники великого педагога доброжелательно говорят:
«Не нужно приписывать Макаренко то, чего у него не было. Он и без этого ве­лик и гениален».

 

И вот неожиданно в момент поиска новых аргументов меня вдруг озарила догадка:
Антон Семенович по мировоззрению, нравственным установ­кам всю жизнь оставался православным
христиани­ном.

А для православного человека любовь - это выс­шее чувство, которое порождает
у человека желание
и готовность всего себя отдать служению объекту своей любви, это готовность добровольно
и с внутренней ра­достью принести всего себя, всю свою жизнь жертвен­ному подвигу ради того, кого любишь.

 

Стало ясно, что дискутировать нужно не с тем или иным мнением пусть известного педагога,
а с их либеральным пониманием высочайшего дара человеку - любви.

 

Любовь для ате­иста или протестанта - это приятное прежде всего для меня переживание эмоционального
состояния комфор­та от совместного нахождения, пребывания, взгляда, жеста и т.д.

Эта любовь не требует жертвенного подви­га - нам ведь хорошо уже от того, что мы есть.

Эта лю­бовь проявляет себя в улыбке, одобрении, ласках. Это вкусный десерт.

Такой любви к отрокам мы действительно не на­ходим у Макаренко.

Его любовь - не вкусный десерт, а горькое, но спасительное лекарство.

Его любовь к воспитанникам - жертвенный подвиг.

Разве Антон Семенович не отдал всю свою жизнь, ум, силы,

энергию, талант, волю спасению отроков и отроковиц от сатанин­ских «ценностей»
обогащения и приобретения «легкой, красивой» жизни любой ценой - ценой обмана,
воров­ства, разбоя и даже убийств?

Вспомним, что писал А.С. Макаренко. «В первые дни они нас даже не оскорбляли,
просто не замечали нас.
К вечеру они свободно уходили из колонии и возвра­щались утром, сдержанно улыбаясь навстречу моему проникновенному соцвосовскому выговору.

Через неделю Бендюк был арестован приехавшим агентом губрозыска
за совершенное ночью убийство
и ограбле­ние»,- вспоминал Антон Семенович4.

- «Пустынный лес, окружавший нашу колонию, пустые коробки наших домов... и полдесятка воспитанников,
категорически от­рицавших не только нашу педагогику, но и всю челове­ческую культуру, - все это, правду говоря,
нисколько не соответствовало нашему прежнему школьному опыту.
Длинными зимними вечерами в колонии было жутко»5.

Пусть каждый педагог и каждый родитель мысленно вообразит себя начальником этой колонии
и предложит «гуманные» методы преобразования этого бандитского гнезда в дружный, трудолюбивый,
нравственно состо­явшийся коллектив колонии имени М. Горького!

«Первые месяцы нашей колонии для меня и моих то­варищей были не только месяцами отчаяния
и бессиль­ного напряжения, они были еще и месяцами поисков истины. Я во всю жизнь не прочитал
столько педагоги­ческой литературы, сколько зимою 1920 года», - писал Антон Семенович6.

Ради чего Макаренко преодолевает бессилие и от­чаяние, ночами читает литературу, ищет совершенно
новые, неведомые педагогической науке стратегии и методы?

Ради этих молодых людей, ради их спасения.

Да, его любовь к отрокам зачастую носила суровое об­личье.

Его требования на первых порах безоговороч­ны: «В спальне должно быть чисто!
У вас должны быть дежурные по спальне. В город можно уходить только с моего разрешения...
«Малины» не будет... В школу обяза­тельно. Хочешь ты или не хочешь, все равно»7.

На фоне бесконечной либеральной болтовни «о пра­вах ребенка» жесткие требования Макаренко
внешне вы­глядят не гуманными по отношению к личности.

Но ведь любой феномен, тем более такой сложный как «любовь» нельзя рассматривать вне мировоззрения.

Идеологи ли­берального «гуманизма» рассматривают «права чело­века», «права ребенка»
в отрыве от их обязанностей и долга перед родителями, друзьями, Родиной.

Думаю, нынешние студенты еще помнят прозвучавшее в девя­носто втором или в девяносто третьем году
заявление по телевидению тогдашнего главы правительства России, доктора экономических наук
Е.Т. Гайдара: патриотизм - последнее прибежище негодяев.

Да, А.С. Макаренко ставил цель: воспитать каждого вчерашнего уголовного преступника честным человеком,
тружеником, семьяни­ном, патриотом своей страны8.

Идеологи либеральной педагогики лукаво утверждают, что нельзя ограничивать право детей и подростков
смотреть любые передачи те­левидения, любые сайты в Интернете.

Разве любовь к де­тям порождает такие педагогически убеждения?
Нелю­бовь ли к денежному мешку, даримому им заправилами откровенно развращающих душу
человека телепере­дач и материалов в Интернете?

Либеральная идеология, ставшая неофициально господствующей в России, без войн породила
такое количество безнадзорных и бес­призорных подростков, которое сопоставимо только с периодом
гражданской войны, а преступность, детский алкоголизм, детская наркомания и детская
проститу­ция в последние два десятилетия превратилась в реаль­ную угрозу дальнейшему
существованию России. Таковы плоды либерального «просвещения».

А вот плоды «негу­манной» педагогики Антона Семеновича: два-три случая рецидива; остальные его воспитанники стали честными людьми, создали семьи, трудились на благо Родины.

Так любил ли Макаренко своих воспитанников?

Святой Апостол Павел в первом послании к коринфя­нам вот так характеризует любовь в православном ми­ропонимании: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует
, любовь не превозносится, не гор­дится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражает­ся, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит»
(1-Кор. 13, 4-7).

Не навязывая никому своих убеждений, лишь при­глашаю читателей самостоятельно поразмыслить: не так ли проявляется любовь Антона Семеновича к своим воспитанникам?

 

Пока я не решаюсь проанализировать всю педаго­гическую систему Антона Семеновича сквозь призму православного вероучения. Но появилось огромное желание.

Однако возникли и сомнения: неужели никто из православных педагогов не откликнется на юбилей Макаренко? Пока мне удалось на православном сайте Интернета найти только одну, но замечательную статью Соколова Ричарда Валентиновича, кандидата социо­логических наук, и Соколовой Натальи Валентиновны, хранительницы фондов Педагогического музея А.С. Макаренко «Православные истоки педагогического опыта А.С. Макаренко: к 120-летию со дня рождения»9.

 

1 Азаров   Ю.   Не   подняться   тебе,   старик:   Роман-исследование. М.: Молодая гвардия, 1989. С. 20.

2 Анализ успехов и неудач организации перевос­питания отроков трудной судьбы в этих лагерях см.: Бродский Ю.С. Одно из направлений содружества // Проблемы коллективного воспитания: Материалы пер­вых Всесоюзных педагогических чтений / Под ред.. Петровой Л.К и Новиковой Л.И. - М.: ЦС Пед.об-ва РСФСР, 1968. С. 175-188.

3 Азаров   Ю.   Не   подняться   тебе,   старик:   Роман-исследование. М.: Молодая гвардия, 1989. С. 20.

4 Макаренко А.С.. Педагогическая поэма // Макаренко А.С. Сочинения в 7 т. М.: АПН РСФСР, 1950. П. С 20-21.

5 Там же. С. 21.

6 Там же. С. 22-23 - курсив мой (автор статьи).

7 Там же. С. 25-27.

8   Макаренко А.С. Педагоги пожимают плечами // Макаренко А.С. Сочинения в 7 т. М.: АПН РСФСР, 1950. Т. 2. С. 399 и другие.

9 Православие и Мир:

http: // www. Pravmir.ru/articlG_2754/html