НОВОЕ НА САЙТЕ за последние 6 месяцев ТЕКСТЫ И ВИДЕО (в обратной хронологической последовательности)

___ Об ЭЛЕОНОРЕ САМСОНОВНЕ КУЗНЕЦОВОЙ (основателе Макаренковской секции при ЦС ПО РСФСР). И её статья 1972 г. Просмотров 594

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail

Элеонора Самсоновна Кузнецова. 

К СТОЛЕТИЮ  Педагога
ЭЛЕОНОРЫ САМСОНОВНЫ КУЗНЕЦОВОЙ

 

 

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ВОСПОМИНАНИЕ ПЕРВОЕ.


Надежда Завьялова (дочь),
Евгения Соколова (участник "Макаренковских сред")

ВОСПОМИНАНИЕ ВТОРОЕ

Ричард Соколов (участник "Макаренковских сред"
заместитель Э.С.Кужзнецовой, как председателя
секции по изучению, применению и пропаганде
наследия А.С.Макаренко при Центральном совете
Педагогического общества РСФСР.

 

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ВОСПОМИНАНИЕ ПЕРВОЕ.

Надежда Завьялова, Евгения Соколова

Штрихи к биографии
Элеонора Самсоновна Кузнецова

1946 год. Послевоенная Москва.

Аспирантка кафедры педагогики педвуза им. Потемкина
Элеонора Кузнецова защищает кандидатскую диссертацию
«Педагогические воззрения Мишеля Монтеня».
За плечами учеба в Ленинградском университете, увлечение
журналистикой, прекрасное знание французского языка.

И довоенное директорство в московской школе на Таганке.

Что же такого было в ее собственном школьном детстве,
что начинающей журналистке, прекрасно владеющей французским,
судьба выбрала вакансию директора обыкновенного учебного
заведения?

Потом научного руководителя тех, кто шел к подросткам не ментором-урокодателем, а помощником в развитии способностей, поиска собственного «я».

 

Может быть где-то там, на самом-самом заоблачном верху, было
принято такое решение.

Или простой случай, стечение обстоятельств, которое оказалось
на редкость счастливым … для кого?

 

Для её учеников, которые в «застойные» 70-80-е годы искали
и находили именно в ее доме в Пуговишниковом переулке тепло интеллектуального уюта, удобство сказать так, и то, что думаешь.

 

Не боясь ошибиться и навлечь на себя «профессорский гнев»
доцента кафедры педагогики МГПИ им. В.И.Ленина, кандидата
педагогических наук Элеоноры Самсоновны Кузнецовой.

 Мы даже немного завидовали тем ученикам 30-х годов,
директором школы у которых была Э.С. Вот бы нам такую – молодая
красивая, и все-все понимающая, помогающая: не ребенок для школы,
а школа для ребенка.

Мишель Монтень и Антон Макаренко

Э.С.Кузнецова многие годы возглавляла Московское отделение Педагогического общества СССР. Это была одна из немногих
общественных организаций, которая существовала в относительной независимости от партийно-комсомольского контроля - островок педагогической свободы.


Её главной научной темой стало наследие великого русского
педагога А.С.Макаренко. В этой области она была одним из
ведущих специалистов мирового масштаба.

Организовывала научные семинары, конференции, посвящённые А.С.Макаренко. В 1960-м г. выступала на Международном
макаренковском конгрессе в Лондоне.


Монтень и Макаренко. Что между ними общего?
В чем их взгляды разнятся?

 Монтень - из просветителей XVIII века, действительность
интеллектуальной жизни Франции, при его жизни – разум,
победа разума над «слепой» верой.

 

Таких теперь-то, со ступеньки XXI века, видно: ах, какие наивные эти интеллектуалы-просветители. Как слепа их эта вера в разум человека.

Не получилось, не срослось.

 

«Не» с глаголами пишется отдельно. Но ведь была и вторая попытка.

Сто лет назад Ленин, Троцкий, Максим Горький. Разные, а ведь тоже
– вера в разум человека.


Макаренко - их современник. Вихрь революций, мировая война,
гражданская война.

 Взрослый мир жестко выясняет свои отношения. Дети же остаются
одни и выживают своим миром кто как может.

 Беспризорники. Без призора и присмотра, взрослым некогда –
у них «все силы на победу над врагом!», «а ты записался
добровольцем?»

 И Макаренко. Что им вело – тот же романтизм разума, вера в создание
«нового человека»? Простое людское сочувствие к тем,
до кого никому нет дела? Желание выслужиться перед новой властью?

 

Что такого Кузнецова нашла в этом профессиональном педагоге?

Соединялись ли макаренковские труды, его деятельность с тем, ч
то говорил и делал Монтень?

Или это «другая полка», следующий шаг, может быть даже отрицающий предыдущий?

Коллектив, команда

«Педагогическая поэма» Макаренко.

Какое счастье, что два таланта– педагогический и писательский -
соединилась в одном человеке. Для многих из нас знакомство
с Макаренко-педагогом началось со встречи с ним как
с Макаренко-писателем.

 

Самое потрясающее – в книге нет ни одного выдуманного персонажа.

 Фамилии чуть изменены. Вот они - юные бандиты, воры без роду
и племени и куда бы их «забросила судьбина», если бы ни эта встреча.
И это вам «не каждый за себя, а один Бог за всех».

Сейчас как-то к словам «коллектив», «коллективизм», «чувство
локтя», «товарищ», словам, разбросанным по страницам
«Педагогической поэмы», отношение настороженное, если не сказать отрицательное.

 А напрасно. Ведь если всмотреться внимательно, то команда,
корпорация уж очень смахивают на коллектив.

В чем же разница? Может быть в том, что «личность для коллектива»,
а «команда для личности»? Может быть и так.

 А если вчитаться в строки поэмы? «Личность для коллектива»?

Только не в макаренковской коммуне им. А.М.Горького.

 Как и какие создать условия для развития полноценной личности
с ее умением работать в команде-коллективе?

 Получается, что Макаренко над этим размышлял.

 Перечитать поэму, сесть спокойно, подумать, проанализировать,
пораскинуть мозгами.

 Найти противоречия, падения и взлеты педагогической мысли.

 А то, что работал под крылом преданной анафеме конторы
Феликса Эдмундовича – так кто без греха, пусть первым кинет
в него камень.

 Кроме того, создавалась защищённость от бюрократов Наркомпроса,
без которой коммуна не выжила бы.

В доме Э.С. бывали воспитанники Макаренко - директор детского
дома Семен Калабалин (прототип Семена Карабанова в
«Педагогической поэме»), его жена Галина Константиновна,
ей посвящена повесть Вигдоровой «Черниговка».

 Как-то в гостях была жена А.С.Макаренко Галина Стахиевна
Макаренко.

Каждую среду в шесть вечера

Начались «Макаренковские среды» ещё в конце 1950-х гг.,
когда семья Элеоноры Самсоновны жила в районе Арбата.

 С начала 1960-х гг. они официально оформились в Студенческое
научное общество (СНО) МГПИ им. В.И.Ленина, которое
собиралось у своего научного руководителя дома.

 

Макаренковские среды.

К шести часам вечера в квартиру на Удальцова, а потом в
Пуговишников переулок собирались студенты, школьники-подростки.

 Почему-то вспоминаются бутерброды с колбасой. И чай.

Наверное, участники всегда были немножко голодными.

 Встречала обычно Э.С., или кто-то из тех, кто пришел раньше.

И обязательно «средопес» Мишка встречал. Такой тибетский
терьер. Маленький лохматик, который был, наверное,
самым образованным из всех и, запросто мог бы защитить
докторскую диссертацию, если бы умел говорить. И писать,
и печатать на машинке.


Это было такое место, дом Э.С., где рождались самые
фантастичные по застойным временам проекты, которые
оказывались на деле совсем не фантастичными, а вполне
реальными.

 Инновационное педагогическое движение тех лет разрушало
стену рутины, царившей тогда в наших школах, в Академии
педагогических наук.

 Симон Соловейчик – «Алый парус» «Комсомольской правды»,
Игорь Иванов – «Фрунзенская коммуна» и «Союз Энтузиастов»
Ленинграда, Олег Газман - детский лагерь АПН СССР....

Как следствие тех поисков и находок 60-х, 70-х, 80-х годов,
в 90-е годы мы видели множество новых авторских направлений, многовекторное развитие школьного образования.

 Появились интересные школы.

 В те годы большое внимание в теоретических разработках
уделялось идее соединения школьного образования
с производственным процессом, т.к. именно от этого разрыва
страдают более всего подростки – уже повзрослевшие дети,
ещё не принятые в общество, но ощущающие в себе силы
для рабочей деятельности.

 На школьном заводе «Чайка» В.Ф.Карманова подросток мог
не просто заработать деньги, а попробовать свои силы
в овладении разными рабочими профессиями.


Тогда же, в 70-е годы родилось движение


студенческих педагогических отрядов.

«Идите во дворы и работайте с детьми», - эти слова Макаренко
повели за собой тех студентов и молодых учителей, кому душно
было в «застойных» школах.

 

И два отряда собирались именно у Э.С. - это педотряд
студенческий, который работал в Красноборской школе-интернате
для трудных девочек-подростков в Ярославской области
и педотряд московских Форпостов культуры – содружество
тех студентов, что создавали детские и подростковые клубы
по месту жительства.

Небольшое отступление

Интересную историю своей находки «Макаренковских сред»
рассказывала Лена Хилтунен, в то время еще Белякова.

 

Дело было так, что выходит она из своего института и читает
бумажки на доске объявлений. И вдруг видит – «студенты
приглашаются на «Макаренковские среды».
Кто повесил, когда – не важно.

 

Ленка страшно обрадовалась и удивилась – надо же, первый
раз в родном педвузе имя Макаренко на доске объявлений
увидела. А училась она третий год. К этому времени была
уже несколько лет ведущей на радиопередаче «Ровесники» -
такая радиопередача по четвергам в четыре часа дня звучала
по Всесоюзному радио, внятная передача и, кажется,
единственная для подростков человеческая, не захмуреная
комсомольской идеологией.

 Лена пришла на кафедру педагогики, а там Элеонора
Самсоновна.

 И Ленка всех знакомых « великих педагогов», не всегда
студентов педвуза, иногда просто школьников-старшеклассников,
притащила на «среды».

 И получилась так, что Э.С. нас не выгнала.

Она почувствовала наше живое дело.

 И от чистой академичности, а как мы поняли, до нашего
вторжения на «средах» шло обсуждение тем, связанных
с кандидатскими работами аспирантов Э.С., произошел такой
отход от академичности в дворовую педагогику,
в коммунарское-макаренковское движение.

 Тем более, что Валера Хилтунен, Лена Белякова, Ольга
Мариничева и много кто еще прошел через «Среды»,
были в команде странички для подростков «Алый парус»
«Комсомольской правды», в команде Симона Львовича
Соловейчика.

 И как-то вот эти ниточки хороших людей связывались
между собой.

 И в Красноборскую спецшколу Ярославской области для
трудных девочек-подростков уже ехала общая команда
«Алого паруса» и дворового клуба «Форпост».

 А в «Форпосте» проходил слет студенческих педагогических
отрядов педвузов тогдашнего СССР.

 Несколько лет в спецшколе проработала «средовка»,
однокурсница В.Хилтунена по факультету журналистики МГУ
- Ольга Клековкина.

 Кстати, именно она вела журнал «Сред».

Просматривая журнал годы спустя, обнаружили в нём среди
участников Г.А.Явлинского – нынешнего лидера партии «Яблоко»,
отец которого был директором детского дома на Украине.

Были и другие известные люди.


В 1970-е гг. бессменными участниками «Сред» были
и члены семьи Э.С. – муж И.С.Завалишин и младшая дочь,
выпускница МАРХИ, тогда уже мама – Надежда Завьялова.

Смелость ответственности

Э.С. не боялась взять ответственность на себя за исходящую
снизу инициативу.

 Это же было время застойное, когда только сверху должна
была быть инициатива: ничего нельзя было делать,
если не было указания сделать то-то и то-то.

 Тогда начинали шевелиться партийные, советские
и комсомольские комитеты всех вузов страны.

 Да! Еще праздники. Два раза в год они активизировались.

Накануне 7 ноября (день Великого Октября) и 1 мая
(день международной солидарности трудящихся).
Как украсить праздничную колонну и кто пойдет во главе.

 А тут Э.С. со своими студентами из научного общества
«Макаренковские среды».

 Инициатива снизу. Уже подозрительно. Никому ничего
не надо, а им надо.

 И науки-то у них маловато, все больше практика: летние
трудовые лагеря, коммунарские сборы.

 «СЭН» – «Союз Энтузиастов» ленинградского пединститута
под руководством Игоря Петровича Иванова, замечательного
педагога, создателя Фрунзенской коммуны – пионерского
штаба Фрунзенского района тогдашнего Ленинграда.

Симон Соловейчик написал о нем и его деле книгу, которая так
и называлась «Фрунзенская коммуна». И «Алый парус»,
и коммунарское движение, которое силами «Комсомольской
правды» Симона Соловейчика, прошло волной по всей стране.

 В коммунаров «играли» подростки романтические, неравнодушные,
ищущие себя, подростки хрущевской оттепели.

 Уже не дети и еще не взрослые, им 15 лет, через 20 лет
«нынешнее поколение будет жить при коммунизме».

В 80-м году им будет всего-навсего 35.

 

Но в 70-е годы – во времена «Макаренковских сред»,
в коммунизм уже никто не верил.

 

А «среды» были таким островком жизни как в фильме Арсения
Тарковского «Солярис».

Только океан вокруг не старался понять, а отталкивал, не желал
понимать, а, может быть, и не мог.

Мечты осуществленные и неосуществленные

Обширная переписка свидетельствовала о человеческой и
научной популярности Э.С.

 

По её сценарию был снят фильм «Подросток»
(режиссёр Л.Дербышева). В нём была поднята проблема
трудных подростков, проблема работы по месту жительства.

 

Будучи прекрасным оратором, она активно занималась
лекционной деятельностью. Её лекциями заслушивались.

 

Она вместе с поэтессой Ириной Волобуевой подготовила
поэтическую программу, которая была представлена на сцене
Большого театра в сопровождении ансамбля скрипачей под
управлением Юлия Реентовича.


Её мечтой было издание «Избранных педагогических
сочинений М.Монтеня», она готовила рукопись, обсуждала
с редакцией, но издать книгу так и не удалось.

 

Огромное количество времени уходило на текущую
педагогическую деятельность.

 

Она была инициатором создания музея А.С.Макаренко,
что осуществилось уже после её смерти - музей создан
во Дворце детского творчества на Кутузовском проспекте в Москве.

Биография Элеоноры Самсоновны Кузнецовой


Элеонора Самсоновна Кузнецова (Бессмертная) родилась
в Казани 28 марта 1912 г.

 

Ее отец - Соломон Григорьевич Бессмертный был членом

Императорского музыкального общества. Мать – София
Яковлевна, в послевоенные годы в Москве работала в издательстве
«Правда».


После революции из Казани семья переезжает во Владикавказ,
а потом в Ленинград. В те годы С.Г.Бессмертный был
профессором Ленинградской консерватории.
Школу Э.С. заканчивает в Ленинграде в 1929 г. и поступает
на романо-германское отделение Ленинградского университета.

 Одновременно занимается журналистикой.

В 1934 г. выходит замуж за дипломата-международника
Андрея Александровича Кузнецова, в 1935 г. у супругов рождается
дочь Наталья.

 Брак оказался непродолжительным.

 

В 1938 г. выходит замуж за друга детства Иосифа Сергеевича
Завалишина и переезжает в Москву.

 

В 1939 г. рождается второй ребёнок – сын Сергей.


До войны Э.С.Кузнецова была директором школы.

 

В первые дни войны И.С.Завалишин был мобилизован, воевал

на Украинском фронте, участвовал в форсировании Днепра,
дошёл до Берлина. Семья была в эвакуации в Сталинабаде,
где Э.С.Кузнецова преподавала в педагогическом институте.

 

В 1946 г. с войны возвращается И.С.Завалишин, семья
воссоединяется, а в 1947 г. рождается третий ребёнок –
дочь Надежда.


Начиная с послевоенного периода Э.С.Кузнецова работала
в Педагогическом институте им. Потёмкина, затем была
доцентом кафедры педагогики МГПИ им. В.И.Ленина уже
до конца своих дней.

 

В 1946 г. защитила кандидатскую диссертацию на тему
«Педагогические воззрения Мишеля Монтеня», руководителем
был профессор И.Ф. Свадковский.

 

Элеонора Самсоновна в совершенстве знала французский язык,
переводила со старофранцузского мыслителей эпохи
Просвещения.

Мечтала побывать на могиле М.Монтеня в Бордо, но это
так и не удалось.

С начала 1960-х гг. Э.С.Кузнецова руководила Студенческим
научным обществом (СНО) МГПИ им. В.И.Ленина, которое
собиралось у неё дома один раз в неделю по средам –
«Макаренковские среды». Начались «среды» ещё в конце
1950-х гг., когда семья жила в районе Арбата.


В 1970-е гг. бессменными участниками «Сред» были и члены
семьи – муж И.С.Завалишин и младшая дочь, выпускница МАРХИ,
тогда уже мама – Надежда Завьялова.


Умерла Э.С.Кузнецова 26.10.1977 г. возрасте 65 лет.

В очередную пятницу, на заседании кафедры у неё случился
инфаркт, через несколько дней, в среду, её не стало.

Как всегда, вечером начали собираться «средовцы»,
первым пришёл Женя Беляков.


Во время гражданской панихиды в МГПИ им. В.И.Ленина
звучала её любимая музыка Шопена, был зачитан некролог,
написанный И.С.Завалишиным:

«Она, подобно «Бегущей по волнам» А.Грина, увидела свою
мечту – нового, прекрасного человека – коллективиста,
одухотворённого высокими идеалами, увидела, как воспитать
учителя, как улучшить современную школу, чтобы такой человек стал реальностью, - и смело и бесстрашно побежала за своей мечтой.

Вся её деятельность основывалась на человечности, на
величайшем уважении и любви к человеку, на самоотверженной
помощи всем, идущим по трудным и неизведанным дорогам.

 

В самые тяжёлые минуты своей жизни она жертвовала всем,
но никогда не изменяла своей прекрасной и гордой мечте.

 

Пусть её светлый образ всегда будет примером для всех,
кто принял твёрдое решение увидеть свои самые высокие мечты
реально осуществимыми».


Похоронена на Ваганьковском кладбище, в колумбарии.


В 1982 г. не стало И.С.Завалишина.

 

В том же году отмечалось 70 лет со дня рождения Э.С.Кузнецовой.

 

Собрались ученики, многие из которых к тому времени уже
стали докторами наук.

 

Вспоминали. Тогда было произнесено, что по ораторскому
мастерству она была сравнима с академиком Колмогоровым,
а по стати – с актрисой Ермоловой.

Москва – Переделкино - Рязань. 2012.

 

=====================================================

 

ВОСПОМИНАНИЕ ВТОРОЕ

Ричард Соколов

10 октября в газете МГПИ "Ленинец" был помещён некролог с фотографией.

Э.С.КУЗНЕЦОВА

Скоропосчтижно скончалась член КПСС, отличник просвещения, талантливый педагог, доцент кафедры педагогики МГПИ имени В.И.Ленина Элеонора Самсоновна Кузнецова.

Своё сердце и силы Э.С.Кузнецова отдавала делу служения народному образованию. Учитель и директор школы, преподаватель вуза и лектор общества "Знание", активный деятель педагогического общества, автор многих научных работ по теории воспитания - таков творческий путь этого прекрасного человека.

Э.С.Кузнецова была известна широкому кругу общественности как страстный паоследователь и пропагандист педагогических идей А.С.Макаренко, как руководитель Макаренковской секции Педагогическогог общества РСФСР.

Э.С.Кузнецова - вдохновитель и органи затор Всесоюзного движения студенческих педагогических отрядов.

Умный и яркий педагог, Э.С.Кузнецова привлекла сердца многих людей, постоянно была помощником и советчиком многих учителей, аспирантов и студентов педагогического института. Многие педагоги нашли своё педагогическое призвание, благодаря Э.С.Кузнецовой.

Светлая память об этом замечательном педагоге и человеке навсегда сохранится в наших сердцах.

Ректорат, партком, профком, комитет ВЛКСМ, кафедра педагогики МГПИ им. В.И.Ленина.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

Присоединяясь к авторам некролога, хочется многое добавить...

В телевизионном фильме о нашей работе первой половины
70-х годов, который назывался «У
нас во дворе»,
диктор так и сказал: «Её называют духовной матерью…».

Ниже я расскажу подробнее о том,
как мы познакомились с Э.С.Кузнецовой,
и чем она нам очень помогла в те годы.
Сейчас важно высказать предположение,
что без её еженедельного, а иногда и
ежедневного влияния (прежде всего на меня и,
в значительной степени, на моих  тогдашних
сподвижников) не было бы ни нашего
первого Экспериментального педагогического
отряда (ЭСПО), ни выросшего из него Форпоста

 

коллективного освоения культуры им. С.Т.Шацкого…

Вообще мне очень трудно  представить свою судьбу, если бы мы
не встретились с Э.С.Кузнецовой…

Влияние Г.И.Фроловой было более продолжительным, но влияние
Э.С.Кузнецовой было более интенсивным.

Эти влияния были как бы в «одном направлении».
Обе духовные матери подвигали меня к научной и педагогической деятельности

С той лишь разницей, что Г.И.Фролова «видела меня» в «культпросвете»,
а Э.С.Кузнецова в «дворовой педагогике».

В своей жизни я несколько раз занимался организацией макаренковских
кабинетов, методических центров, выставок и музеев.
Книгами А.С.Макаренко я заинтересовался ещё в 1964 году
(за 5 лет до знакомства с Э.С.Кузнецовой), но именно она по-настоящему
«влюбила» меня в Антона Семёновича» и без встречи с ней, возможно,
не было бы в моей биографии этого.

Возможно, что и публикаций моих о Макаренко не было бы.

Не было бы и моей (вот уже 10-й год) работы (по совместительству)
в Московском музее А.С.Макаренко…

Скоропостижная смерть Э.С.Кузнецовой (осенью 1977г.) внезапно
оборвала её семилетнее влияние на меня.

Если сложить усилия «повернуть меня» к личному «официальному
образованию» и к занятиям наукой, то получится трудная работа «из болота
тащить бегемота» продолжительностью в 17 лет…

А я действительно напоминал того бегемота, которому совсем не хотелось
расставаться со своим «болотом» «партизанской педагогики».

Так я по неосторожности назвал то, чем занимался,  работая в Щёлковском
Дворце культуры, выступая весной 1969г. на конференции
культработников в Саратове. Впрочем, и А.С.Макаренко как-то назвал
свою педагогику «партизанской»…

... Элеонору Самсоновну я впервые узнал как сценариста документального фильма.
Было это в середине 60-х.

Фильм “Подросток” произвёл на меня сильнейшее впечатление. Чем?
Многим.
Но больше всего тем,  что в нём с явной симпатией была показана
Коммуна юных фрунзенцев (знаменитая в те годы сводная пионерская
дружина при Фрунзенском районном Доме пионеров Ленинграда),
положившая начало “коммунарскому движению" (движению клубов юных коммунаров).

Увидеть на экране кинотеатра Фрунзенскую коммуну было тем более удивительно,
что в те годы самое настоящее гонение на юных коммунаров со стороны
комсомольского “Олимпа” было, что называется, в самом разгаре.

Я не мог не обратить внимание на имя сценариста и хотел встретиться
с Э.С.  Кузнецовой, но почему-то тогда так и не предпринял для этого ничего.

Но, видимо, суждено мне было в нею  встретиться и случилось это года через
три и вроде бы совсем случайно.

Однажды (это было в какую-то среду осенью 1970 года) я с группой моих
“орионовцев” (старшеклассников из городского подросткового клуба “ОРИОН”
при Щёлковском городском Дворце культуры) приехал по сложившейся уже
у нас традиции в радиокомитет.

Там, в одной из студий по средам известный радиожурналист И.В. Дубровицкий
проводил заседания “Юношеского совета” популярной в те годы среди
старшеклассников радиопередачи “Ровесники”.

Мы старались не пропускать этих встреч у микрофона и наши голоса звучали
в эфире чуть ли не еженедельно.

Нам нравилось участвовать в различных дискуссиях о жизни подростков и,
казалось, ничто не может нас отвратить от участия в “Ровесниках”,
но оказалось, нечто привлекательнее “Ровесников”...

Однажды Игорь Васильевич заболел, и Лена Белякова
(сейчас она знаменита организацией школы Монтессори,
а тогда училась на филфаке МГПИ им. В.И. Ленина)
предложила съездить к одному из её преподавателей,
которая у себя дома проводит по средам собрание студенческого
научного кружка “Макаренковские среды”.

Не долго думая, мы поехали. Я тогда и не подозревал,
что едем мы к той самой Элеоноре Самсоновне Кузнецовой,
которая была сценаристом фильма “Подросток”.

В тот вечер в маленькой квартире Э.С. Кузнецовой собралось так много народа
, что кому-то из нас пришлось сидеть на циновках.
(Потом мы узнали, что “среды на циновках” в доме Кузнецовой явление весьма частое.)

Разговор шёл о Красноборской (под Ярославлем) спецшколе для “педагогически запущенных” девочек.

Студенты с Элеонорой Самсоновной обсуждали свою “педагогическую экспедицию”
в эту спецшколу.

Мы в основном слушали, а в конце я что-то говорил (наверное, о клубе “Орион”).

Элеонора Самсоновна внимательно слушала, задавала вопросы,
назвала меня “просветителем” и пригласила посещать “Среды”.

Мы сразу же воспользовались этим предложением и только жалели,
что и “Ровесники” и “Среды” бывают одновременно.

На “Средах” бывало очень много интереснейших людей.

Польский педагог Левин, работавший в молодые годы с Янушем Корчаком.

Пионерский вожатый, журналист и макаренковед Л.А. Чубаров.

Педагог-исследователь А.В. Мудрик и многие другие.

Но больше всего мне запомнился муж Кузнецовой Иосиф Сергеевич Завалишин.

Потомок декабриста Завалишина, крупный инженер, работавший незадолго до этого
главным специалистом Камаза. Он очень интересно рассказывал о Сергии Радонежском,
о войне, о своих педагогических воззрениях. Надо будет о нём специально рассказать...

Когда Элеонора Самсоновна узнала о нашем клубе, о работе “орионовцев” со щёлковской 
детворой во дворах, она начала нас агитировать помочь студентам МГПИ
в создании студенческого педагогического отряда.

Она утверждала, что наша “Дружина юных культармейцев” это и есть
педагогический отряд.

Оказалось, что её аспирантке Л.И. Маленковой комитет комсомола МГПИ поручил курировать
это дело после того, как в “Комсомолке” студентка Татьяна Белова выступила
с почином создания педотряда, но период, названный Иосифом Сергеевичем “вавилонстроем”,
затянулся. Студенты никак не могли договориться по вопросам “Что делать” и “С чего начать”.

Элеонора Самсоновна ставила в пример Макаренко, который из благоустроенной колонии
в Ковалёвке не побоялся перебраться в запущенную Куряжскую колонию под Харьковом.

Она говорила, что и клубу “Орион” пора иметь свой “Куряж”.

Был у неё и ещё один веский аргумент.

Она считала, что нам не перевоспитать нашего секретаря
горкома комсомола, который всё настойчивее пытался перенаправить клуб с многопрофильной
деятельности на организацию встреч с ветеранами войны.

Обещала поддержку и со стороны кафедры педагогики (доцентом которой она была),
и со стороны комитета комсомола.

Этот аргумент оказался самым важным для нас.

И, забегая на шесть лет вперёд, скажу, что поддержку такую мы получили и,
пока Элеонора Самсоновна была жива, мы имели “возможности роста”.

Очень быстро она приобщила нас к делам Макаренковской секции при Центральном совете
Педагогического общества РСФСР.

В своё время она создала что-то вроде студенческого макаренковского педагогического общества.

Мечтала создать всероссийское макаренковское общество, но, когда (в 1966г.) появилось
Педагогическое общество РСФСР, организовала при нём Секцию по изучению
и применению педагогического наследия А.С. Макаренко.

Была создана Макаренковская секция и при городском отделении педобщества,
которой руководила директор школы Р.М. Бескина.

Как-то после моего выступления на школьном заводе “Чайка” Р.М.
Бескина пригласила меня участвовать в работе городской секции,
и я об этом рассказал Элеоноре Самсоновне.

К моему удивлению, она отнеслась к этому очень ревниво и скоро “сделала” меня
своим заместителем по Макаренковской секции.

Мне это, конечно, льстило, т.к. я не имел оконченного высшего образования
(и в те годы совершенно не собирался его получать).

Помню, тогда мы готовились к первому Всесоюзному Макаренковскому симпозиуму.

Симпозиум проходил в марте 1972 года в МГПИ.

К симпозиуму наш ЭСПО подготовил большую выставку, которая под дерзким названием
“Музей коммунарского движения” демонстрировалась “на собачке”
(так почему-то назывался малый холл первого этажа МГПИ у бывшего главного входа).

Помню, как выступал на этом симпозиуме в педотрядовской форме
и как в сборнике материалов этого симпозиума появились моя первая научная публикация -
одна страничка тезисов под названием “Внешкольная работа с подростками”.

Теперь, через четверть века, когда руковожу Научно-методическим центром социальной
педагогики в Российском институте культурологии Академии наук РФ
и являюсь членом корреспондентом другой Академии - Академии педагогических и социальных наук,
та первая моя публикация выгладит в моих глазах куда как скромно,
но как тогда Элеонора Самсоновна меня хвалила!

И кто знает, не приложи она тогда столько старания, чтобы вдохновить меня на участие
в научной деятельности, стал бы я когда-нибудь профессиональным учёным?

Убеждён, что не стал бы.

Забегая вперёд, скажу, что под началом Элеоноры Самсоновны я не только подготовил
десятки выступлений и докладов, с которыми выступил на разных семинарах
и научно-практических конференциях, осуществил несколько научных публикаций,
но и попробовал себя в качестве составителя сборника научно-педагогического сборника.

Этому способствовала моя работа в качестве составителя машинописного

(и весьма объёмного - в несколько сот страниц- альманаха

 

“Макаренковские среды”.
Нам удалось подготовить шесть выпусков этого альманаха.

И, пожалуй, самое удивительное, что Элеонора Самсоновна “благословила”
меня на роль общественного директора “Макаренковского методического центра”, который мы открыли в 1976 г. в помещении, соданного нашим ЭСПО “досуговым центром социализации нового типа” Форпосте культуры имени С.Т. Шацкого.

Кстати, именно в Форпосте культуры стали проходить “пленарные” заседания “Макаренковских сред”.

 

Проходили на его базе и семинары, и слёты КМС (Коммунарского макаренковского содружества)…

 

Когда в огромном фойе МГПИ им.Ленина проходила гражданская панихида Э.С.Кузнецовой
и наш педагогический отряд стоял у гроба в форме строем и со знаменем, я не мог сдержать слёз…

Казалось, что зримо увидел неминуемый крах того, о чём мечтала на наш счёт Э.С.Кузнецова.

И действительно серьёзнейшие «потрясения» вскоре заставили уйти работать в другой район.

Элеонора Самсоновна была для нас не только «духовной матерью», но и опорой

. Нам очень помогал её социальный статус (как доцента МГПИ, как члена КПСС,
как Председателя Макаренковской секции при Центральном Совете Педагогического общества РСФСР).

Этим своим общественным положением она очень щедро, очень умело и энергично пользовалась,
чтобы защищать моё дело.

Она не скрывала своей позиции как научного руководителя по отношению к педагогическому отряду,
но никогда не «вмешивалась» в вопросы управления. Она обладала исключительным даром доверия…

С её уходом из жизни мы очень скоро потеряли «свои позиции» на кафедре педагогики,
в парткоме и комитете комсомола института, в райкоме комсомола и даже (через некоторое время)…
в Педагогическом обществе…

Даже уход из жизни Элеоноры Самсоновны имел для меня сильнейшее воспитательное значение…

Нужно было озаботиться о собственном «социальном статусе»,
который бы позволял продолжать начатое дело.

Понимание беззащитности пришло сразу, а вот понимание жестокой необходимости
всё-таки поступать в институт и получать «поплавок» пришло не сразу.

Для этого нужно было ещё дважды «тонуть»…

Что поделаешь, такой вот оказался, родившийся «синеньким», болезненный и поступивший в школу
в восемь с половиной лет, учившийся в 7-ом классе «на 4 и 3».

Это в 15-то лет (разве не «задержка в развитии?)

И только в 43 года впервые получивший «диплом с отличием».

А если бы не такие наставники как Г.И.Фролова и Э.С.Кузнецова, то, что было бы?

 

-----------------------------

 

Э.С. Кузнецова

 

МАКАРЕНКО И СОВРЕМЕННОСТЬ

 

 

 

2 стр. • УЧИТЕЛЬСКАЯ ГАЗЕТА 1 июня 1972 г.

 

“ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ СИСТЕ­МА А. С Макаренко
и вопро­сы ее творческого применения
современными воспитательны­ми учреждениями”

— такова тема состоявшегося в Москве Всесоюзного симпозиума.

 

На него съехались ученые педаго­ги, практические работники школ
и других воспитательных учреждений со всего Советско­го Союза.

На симпозиум были представлены тезисы   более 70 докладов.

Естественно, что абсолютно   все доклады не могли быть заслушаны.

 

Перед школой поставлена ответственная задача — даль­нейшее   совершенствование
учебно-воспитательного   про­цесса.

 

И здесь особое значе­ние приобретает использование педагогического    
наследия А. С. Макаренко.

Какие же его педагогические идеи особенно созвучны нашему времени
и могут быть творчески примени­мы в воспитательной работе наших педагогов?

 

Представляя   собой новый этап в развитии   педагогиче­ской теории,
система А. С. Ма­каренко сохраняет преемствен­ность с предшествующими до­стижениями дореволюционной прогрессивной педагогики к особенно советской педагоги­ческой мысли.

Это положе­ние отчетливо прозвучало а выступлениях на симпозиуме.

 

Педагогику А. С. Макаренко считал самой диалектической подвижной,
сложной и разнообразной наукой.

 

Он пропаган­дировал тезис о партийности воспитания и считал
, что имен­но в политике партии, разра­батываемой исходя из потреб­ностей общества,
тенденций его развития.

 

Педагогика долж­на видеть то главное звено, что позволяет воспитателю учесть
все разносторонние влияния, которым подвергаются воспи­танники.

 

Выдвигая коллектив как глав­ный фактор воспитания, Мака­ренко также исходил
из марк­систского тезиса о единстве общества и воспитания.

 

В со­циалистическом обществе кол­лектив существует как типич­ная для него ячейка,
Коллек­тив существует прежде всего как явление социальное.

Мы организуем коллектив школь­ников и используем его в вос­питательных целях,
и тогда он выступает перед нами и как яв­ление педагогическое.

 

Исходя из марксистского по­нимания   сущности   челове­ка,
как совокупности всех об­щественных отношений,
АнтонСеменович сделал чрезвычай­но важный для педагогики вы­вод.
что именно эти отношения и должны составлять “истин­ный объект нашей педагогиче­ской работы...”.

А задача вос­питания. по его мнению, долж­на состоять в подготовке вос­питанников
   к определенной системе зависимостей, сущест­вующей в обществе.

Отсюда вытекает необходимость фор­мировать правильное отноше­ние личности 
  к обществу, к обязанностям перед ним.

 

Приступив к перевоспита­нию детей искалеченных воен­ной разрухой, он построил от­ношения со своими пацанами, как отношения, преисполнен­ные глубочайшим уважением, отношений как к себе равным.

 

И он предоставил своим ко­лонистам, а потом и коммуна­рам   возможность,   строит” свою трудовую жизнь в ра­достном, сложном, с их собст­венным участием организуе­мом труде.

 

Не случайно А. С. Мака­ренко отводил большую роль общественному   мнению кол­лектива.   Воспитание общест­венного мнения он рассмат­ривал прежде всего как сред­ство развития детской актив­ности   и самостоятельности Утверждение этой идеи видно во всем: в том, какое значе­ние придавалось общим собра­ниям, ежедневному обсужде­нию всем коллективом итогов прожитого дня, публичном” рапорту дежурных, открытым заседаниям совета   команди­ров, на которых могли при­сутствовать все   желающие гласности решений совета ко­мандиров.

 

Подчеркивая в многочислен­ных работах “могущественных работах “могущественную силу” общественного мнения как “регулирующего и дисцип­линирующего воспитательного фактора”,   А. С. Макаренко вместе с тем определил основ­ные пути воздействия на лич­ность,

 

Поддержка   общественного мнения — обязательное усло­вие возникновения и внедре­ния любой этической нормы, которая только в таком случае

 

становится настоящей. В этом смысле А. С. Макеренко на­зывал общественное   мнение “совершенно   материальным реально осязаемым фактором воспитания”.

 

Сила общественного мнения сказывается в том, что коллек­тив, в котором

 

сложилось еди­ное мнение, действует опреде­ленным образом в соответст­вии с этим мнением. Отсюда понятно, какое важное значе­ние имеет превращение тре бований педагога в обществен­ное мнение. Логика этого пре­вращения была убедительно обоснована А. С. Макаренко.

 

Антон Ссменович поставил в своих произведениях и решил на практике вопрос о сочетании общественого и индиви­дуального в планах личности.

 

Личная судьба   воспитанника и судьба обществ” взаимосвя­заны. На фоне широкой советской   перспективы   легко и удобно располагаются   перс­пективы личные. Макаренко справедливо   утверждал, что личное счастье возможно толь­ко в связи со счастьем обще­ства.

 

Он обращает внимание на сложность и трудность выбора жизненного пути для молоде­жи.

 

Задача жизненного само­определения не сводится к вы­бору профессии, а понимает­ся шире: как выбор жизненной позиции и определенного ти­пе поведения.

 

Причем педагог-новатор не только подчеркнул значимость проблемы выбора жизненного пути, но и определил некото­рые условия формирования жизненных планов и прежде всего формирования единства сознания и поведения в про­цессе воспитания. Он считал, что формирование   сознания должно происходить на осно­ве организации   жизненного опыта и в тесной связи с ним. Тогда сознание будет выра­жаться в поведении и таким образом будет достигнута их полная гармония.

 

Для того, чтобы поиск жиз­ненного пути личностью наи­более приближался к дальней­шему пути развития общества, необходимо неотступное вни­мание к воспитанию граждан­ской зрелости, общественной активности детей.

 

Связав с высокой организованностью, с правом и обязанностью каждого воспи­танника
участвовать а общей коллективной борьбе за пост­роение коммунизма,
Макарен­ко пришел к дальнейшему вы­воду; истоки широкого полити­ческого воспитания — в органи­зации единого трудового дет­ского коллектива, прообраза единого коллектива тружени­ков коммунистического обще­ства.

 

Не случайно   он писал: школа должна бороться за коммунизм с таким же мужест­вом
и с такой же радостью, как все наше общество.

 

Опыт А. С. Макаренко — прекрас­ный образец стимулирования общественной и трудовой ак­тивности.

 

Важным стимулом развития творческой инициативы и об­щественной активности воспи­танников
является   интерес. А. С. Макаренко в свое время выдвинул   идею о том, что воспитание есть 
  не простое воздействие на ребенка со сто­роны воспитателя,
а организа­ция разносторонних, интерес­ных дел.

 

Чтобы установить правиль­ное соотношение между сти­мулами интереса и долга, ва­жен и плодотворен   вывод А. С. Макаренко о том, что та­кие слова, как “не хочу”, по­являются у воспитанников ча­ще всего тогда, когда чувство долга приходит в противоречие со случайными, а не со здо­ровыми   интересами   детей.

Педагог-марксист, как извест­но, требовал так организовать педагогический процесс, что­бы воспитанник научился с ув­лечением делать неприятную и скучную работу,   если она вызвана интересами коллекти­ва.

 

Все эти теоретические поло­жения педагога-новатора, по мнению участников симпозиу­ма, вполне применимы в прак­тике   современного учебно-воспитательного процесса.

 

Об опыте использования пе­дагогических идей Макаренко на симпозиуме   рассказывали директора школ (городских и сельских), работники профтех­училищ.

 

Так, например, дирек­тор 12-й краснодарской шко­лы имени   А. С. Макаренко Ф. Ф. Брюховецкий сообщил, что в течение 25 пет коллекти­ву учителей его   школье уда­лось на основе использования наследия Антона Семеновича сплотить педагогический кол­лектив, найти   рациональную структуру и формы самоуправ­ления детского коллектива, на­копить опыт коллективных дей­ствий и коллективных переживний жизни   в традициях, найти пути формирования лич­ности каждого воспитанника в коллективе.

 

Говоря   о необходимости творческого использования бо­гатейшего наследия   замеча­тельного   педагога-марксиста в наши дни, участники симпо­зиума подчеркивали, что в со­временных условиях наиболь­шая опасность заключается в догматическом подходе к это­му наследию, в попытке абсо­лютизировать отдельные его высказывания, не учитывая их связи с конкретными условия­ми работы   в колонии имени Горького и коммуне   имени Дзержинского в 20 — 30-е го­ды.

 

Так, например, произволь­но трактуется   его мысль о коллективе, как контактном объединении воспитанников.

В результате     воспитательные функции коллектива неправо­мерно сужаются.

Определен­ную опасность представляют и стремления некоторых учёных-теоретиков под видом “твор­ческого” развития   его идей подвергнуть ревизии ряд важ­ных и принципиальных положений педагогического   учения Антона Семеновича.

Так, они утверждают, что в современ­ных условиях педагогические требования и наказания якобы не имеют того значения, какое им придавал Макаренко, ра­ботавший с трудными под­ростками и вынужденный при­менять и эти средства,

 

 

 

Э. КУЗНЕЦОВА, доцент Московского пе­дагогического института имени   В. И. Ленина,